Архив метки СДВ

Заставить мозг учиться: как использовать нейробиологию на практике

Вопрос «Можно ли заставить мозг учиться?» вовсе не так прост, как кажется. Более того, эта формулировка вводит в заблуждение — ведь предполагается, что есть умеющий обучаться орган, отвечающий за высшую нервную деятельность, а есть «я», которое может принудить его к чему-то. На самом деле наука пока затрудняется ответить, кто кем управляет: сознание мозгом — или наоборот. Строго говоря, ни философы, ни психологи, которые глубже всех исследуют эту проблему, до сих пор не могут определить, что такое сознание и есть ли оно вообще!

 

Но кое-что о мозге мы всё же знаем — например, что «заставить» его невозможно: он не поддается прямому силовому воздействию. Именно поэтому «правильные» советы вроде «просто сядь и сосредоточься» работают, если у вас и так нет проблем с концентрацией (а значит, вам и не надо себя заставлять). И не работают, если такого рода сложности существуют, потому что они — особенность вашего мозга, а другой вам взять неоткуда. Но есть и хорошие новости: зная эти нюансы, мы можем создаватьтакие условия, в которых мозг будет функционировать, как нам нужно (или, во всяком случае, лучше, чем прежде).

Мозг постоянно меняется и учится

Мозг создан природой таким, чтобы все время находиться в процессе обучения. Его способность трансформироваться, приобретая тот или иной опыт, и сохранять эти изменения называется «нейропластичность» — термин, подчеркивающий отличие сегодняшнего взгляда на проблему от бытовавшего ранее.

Еще недавно считалось, что мозг — это вещь в себе, как точно настроенный и запрограммированный самостоятельный механизм. Как черный ящик внутри черепной коробки, до которого не докопаешься. Затем ученые стали находить доказательства того, что этот орган не рождается «готовым», а активно взаимодействует с окружающей средой, пока формируется.

Прежде всего, об этом свидетельствовали исследования так называемых детей-маугли: брошенные в дикой природе, не слышавшие человеческой речи, они не могли освоить навыки принятого в обществе поведения и улучшить свои интеллектуальные способности до состояния взрослого, отставая в развитии всю жизнь (обычно не очень долгую). Вскоре стало очевидно, что детский мозг пластичен, период такой податливости назвали «критическим», потому что восполнить недостаток обучения в это время в дальнейшем уже невозможно.

В середине прошлого века опыты на мышах показали, что развитие в обогащенной всякими игрушками и активностями среде делает кору полушарий толще, а у тех грызунов, что росли в скучной и бедной обстановке, подобных изменений не наблюдалось.

Нейрокартина мира окончательно изменилась, когда было доказано, что мозг, обучаясь, способен расти и у взрослых людей. Классический пример, подтверждающий справедливость этого утверждения, — результаты, полученные в серии исследований лондонских таксистов. Водители запоминали подробные карты огромного города для сдачи экзамена: чем больше знал испытуемый, тем крупнее был его гиппокамп — отдел, отвечающий за память.

Таким образом, современная наука пришла к окончательному выводу, что мозг способен меняться всю жизнь, а следовательно, обучение — это естественное и перманентное его состояние. Потому и заставлять никого не надо — нужно только создать такие условия, в которых мозг будет учиться тому, чему хотите научиться вы сами (иначе он усвоит что-нибудь бесполезное вроде очередной дурной привычки).

Для того чтобы это произошло, необходимы (кроме собственно мозга) несколько компонентов: мотивация — чтобы активизировать его ресурсы; внимание — чтобы обратить его на определенный предмет; память — чтобы усвоить узнанное; творческая свобода — чтобы позволить мозгу построить новые связи. И отсутствие препятствий в этом сложном процессе.

Как найти мотивацию и получать удовольствие от обучения

Мотивация — это то, что побуждает нас к действию, которое поможет удовлетворить наши потребности. Так вот, у мозга есть такой стимул всегда!

Исследовательское поведение — врожденная потребность человека, связанная с выживаемостью, такая же как сон, продолжение рода, добывание пищи.

Если у нас не будет способности обнаруживать вокруг новое и изучать его — мы можем не заметить опасность или не придумать, как оградить себя от нее заранее. А где есть эволюционная потребность — там в большинстве случаев есть и желание ее удовлетворить. Этот процесс, в свою очередь, вызывает у нас ощущение удовольствия, активируя дофаминовую систему поощрения. Так мозг побуждает нас заниматься действительно важными для продолжения жизни вещами.

Проще говоря, нам приятно учиться, что называется, по определению — если только этот процесс рационально организован, а не так, как было в школе.

Получать удовольствие очень важно, чтобы сохранять мотивацию, и испытывать радость при этом можно не только от самого исследования. Дофаминовая система поощряет нас, когда мы учимся, а в наших силах — поощрить ее саму в процессе обучения, чтобы создать более устойчивую связь между этим занятием и удовольствием.

Поощрения могут быть краткосрочными и долгосрочными. Первые эффективно используются, например, при геймификации обучения, когда процесс делят на этапы, за завершение каждого из которых дается вознаграждение. Мы охотнее усваиваем новые знания, умения и навыки, соревнуясь в группе за всякие баллы, значки и прочие фантики.

Но даже если человек учится в одиночестве, награда за каждый пройденный этап, ценная именно для него, может сильно ускорить процесс. Например, для меломана обещание купить редкую пластинку после каждых 250 новых слов иностранного языка, выученных им, — хорошая мотивация.

Не стоит только использовать в качестве краткосрочного поощрения то, что нарушает работу дофаминовой системы: сладкую и жирную пищу, сигареты, алкоголь и наркотики, — такие приемы могут, наоборот, сломать ваши механизмы вознаграждения, да еще и сформировать у вас болезненные привычки.

Долгосрочная мотивация возможна благодаря тому, что наш мозг в каком-то смысле слеп и глух и не совсем понимает, что на самом деле происходит, а что — нет. Назначая себе ништяки, которые получим, если справимся со своими задачами, мы стимулируем дофаминовую систему, особенно когда используем силу воображения и визуализацию. Абстрактные фантазии менее привлекательны для нашего мозга, а вот более конкретные он, наоборот, воспринимает как реальность, не всегда видя разницу.

Когда ваше обучение встроено в мечту, которую вы подпитываете воображением, у мозга будет больше мотивации учиться. Лучше всего, если новый навык связан с желанием эволюционно преуспеть: сделать карьеру, найти хорошего партнера, получить статус и славу, переехать в страну с высоким уровнем жизни, заработать на безбедную старость — что-нибудь выживательное.

Каждый раз, когда вы вызываете в воображении этот образ, ваш мозг вырабатывает дофамин, мотивирующий вас добиваться желаемого.

Как управлять вниманием и научиться концентрироваться

Внимание — это направленность восприятия на объект изучения. Именно оно позволяет нам выбрать что-нибудь из всего разнообразия внешнего мира, сконцентрироваться на нем — и потерять из виду все остальное.

Пресловутый тайм-менеджмент — это на самом деле управление вовсе не временем (над ним мы не властны), а вниманием. Именно от того, как оно распределяется, зависит, сколько минут и часов мы проведем эффективно, а сколько потратим впустую.

Нейробиология пока не может ответить на вопрос, какой процесс более важен для направленного внимания: усиленная обработка мозгом сигналов от объекта, на котором мы сконцентрированы, или приглушение «шумов», — потому полезно понять, что есть что. В наших силах минимизировать именно «шумы», закрыв лишние вкладки браузера, выключив смартфон или найдя более уединенный столик в кафе. Улучшить концентрацию можно, только регулярно упражняясь в этом искусстве.

Корпоративный культ многозадачности приводит к тому, что мы уже считаем вполне естественным постоянно отвлекаться от предмета нашего изучения на десяток мессенджеров и соцсетей. Подразумевается, что человек может одновременно концентрироваться на нескольких процессах и быть в каждом из них одинаково эффективным. На самом деле это миф.

Нет многозадачности — есть переключаемость, когда сначала мы сосредотачиваемся на одном предмете и игнорируем (насколько это возможно) остальную окружающую информацию, а потом — на другом, который раньше был в числе «шумов», и гасим сигналы от первого объекта.

Для такого переключения необходимы время и ресурсы — и чем чаще и бессистемнее происходит эта перемена фокуса концентрации, тем сильнее утомляется мозг. Потому чем дольше вы работаете в режиме многозадачности — тем хуже результаты вашего труда.

Сегодня уже говорят о ситуативно обусловленном синдроме дефицита внимания, когда здоровые люди из-за того, что они постоянно отвлекаются, демонстрируют такие же симптомы, что и те, кто с рождения страдает СДВГ: неспособность сосредоточиться и довести дело до конца, повышенная утомляемость и раздражительность — а в итоге депрессивность и отсутствие веры в себя. Обычно приобретенный дефицит внимания корректируется расстановкой приоритетов и тренировкой однонаправленной концентрации. Последняя тоже отнимает довольно много сил и порой утомляет похлеще физических нагрузок, но всё же этот «скилл» можно «прокачать», причем не только с помощью медитации, но и регулярно выполняя специальные упражнения.

Оптимальный вариант — найти свой порог утомления при однонаправленной концентрации и сделать его временно́й единицей работы.

Этот принцип лежит в основе метода «Помидора»: рабочий день разбивается на несколько блоков, состоящих из четырех 25-минутных периодов непрерывной концентрации и 5-минутных интервалов отдыха между ними. После каждого блока делается большой перерыв на полчаса. Кому-то удастся сохранять однонаправленную концентрацию только 20 минут, кому-то подходят отрезки в 1,5 часа. Но принцип один и тот же — вас ничто не должно отвлекать. В перерывах же, наоборот, нужно дать себе расслабиться и переключиться на что-то, не требующее напряжения: посмотреть в окно, полежать с закрытыми глазами, — а на «большой перемене» — прогуляться на свежем воздухе. Этот метод подходит не только для самостоятельной учебы, но и для работы, а также решения творческих задач.

Привычка отключать оповещения соцсетей и мессенджеров во время работы может показаться малодушием и ретроградством — но на самом деле с биохимической точки зрения этот прием позволяет пустить весь «гормон удовольствия» на мотивацию. Мы уже писали о том, как соцсети стимулируют дофаминовую систему: любое оповещение сулит нам толику социального признания — лайк или сообщение — поэтому при каждом писке смартфона дофамин впрыскивается в мозг и щекочет нас, пока мы не уймем зуд и не проверим входящие. Это отнимает у нас ту радость, которую мы сформировали, концентрируясь на изучении своего предмета, воображая, какие сокровища оно нам принесет, и ожидая небольшой награды за пройденный сегодня этап.

Как запомнить материал и потом найти его в памяти

Знания в мозге не хранятся в отдельном месте, как драгоценности в шкатулке. Более того, попадая к нам в голову, они теряют свою целостность и как бы по битам растаскиваются по ассоциативным зонам, существуя в полуразобранном состоянии в виде нейронных сетей.

Сведения о предметах, которые вы изучаете одновременно, сохраняются в форме связей. И когда затем вы вспоминаете один из них — то незамедлительно выуживаете из памяти информацию и о другом.

Именно эта особенность нашего мозга лежит в основе всех мнемонических приемов — например, несвязанная последовательность слов запоминается гораздо хуже, чем их цепочка, в которой они объединены в какую-нибудь историю. По тому же принципу работает метод систематизации данных в виде блок-схем и таблиц: информация графически дублируется, и расположение геометрических объектов позволяет подключить визуальные ассоциации для запоминания отношений между абстрактными понятиями.

Связывание нейронов — важнейший этап запоминания, а потому лучший способ удержать в голове какой-либо факт — «соединить» его ассоциативным мостиком с другим, хорошо вам известным и часто используемым. Такие сведения с большей вероятностью останутся у вас в памяти, нежели бесхозные, ни с чем не связанные (их мы часто называем «бесполезными»). Это еще одно свойство нейропластичности: то, что не используется мозгом, исчезает из него вместе с нейронными путями.

Поэтому высший пилотаж в самостоятельном обучении — включить его в свою рутину, связать с профессией, работой или бытом, встроить в привычный образ жизни и сделать ее частью. Тогда у вашего мозга не останется возможностей «выкинуть» все выученное за ненадобностью.

Забывание может быть важной частью запоминания. На физиологическом уровне самыми крепкими являются нейронные связи тех знаний, которые используются регулярно с перерывами, когда вы успеваете немного «подзабыть» то, что выучили. А вот сведения даже о тщательно штудируемом предмете могут потеряться при переходе от краткосрочной к долгосрочной памяти, если их время от времени не ворошить. Вывод: лучше усваивают материал занимающиеся понемногу и регулярно, как бы безнадежно скучно это ни звучало.

Мозг также очень любит паттерны, потому-то так хорошо запоминаются дурацкие стишки и примитивные песенки. Иногда это может оказаться очень полезным — например, многих в школе от кромешных двоек по русскому языку спас стихотворный список глаголов-исключений: «Гнать, дышать, держать, зависеть, / Видеть, слышать и обидеть, / А еще терпеть, вертеть, / Ненавидеть и смотреть».

Как добиться от мозга творческого подхода к задачам

Для того чтобы из полученных знаний синтезировались интересные открытия и оригинальные идеи, необходимо давать себе передышку в потреблении информации.

Когда мы сконцентрированы, работает префронтальная кора, или исполнительная система мозга. Это рациональная и последовательная, но немного занудная его часть, она помогает нам делать то, что правильно.

Чтобы активизировать наши творческие способности (когда мы поступаем и мыслим не совсем «правильно» и рационально), эта структура должна взаимодействовать с так называемой системой пассивного режима работы мозга (СПРРМ). То самое состояние, в котором мы блуждаем взглядом, дремлем, бездумно вертим что-то в руках или просто «завтыкали» и считаем ворон с открытым ртом.

Как всегда, все дело в балансе: творческие прозрения возможны в том случае, когда после хорошей загрузки исполнительной системы мозг переключается в пассивный режим. Менделеев увидел во сне периодическую таблицу, но, если бы он не думал о ней круглыми сутками, пока не зашел в тупик, снилась бы ему всякая обыкновенная чушь. В качестве ключа запуска этого пассивного режима подходит короткий дневной сон, дрема в кресле, пешие прогулки и медитация — но обязательно после очень интенсивной работы.

Что мешает мозгу эффективно учиться

Препятствий для эффективной работы мозга не так уж и много, а их устранение приносит только радость.

Недосып

Регулярная депривация сна снижает скорость наших мыслительных процессов, которые у невыспавшегося человека нарушены, как и у выпившего. Когда мы пребываем в объятиях Морфея, мозг вовсе не отдыхает — иногда он может быть даже активнее, чем днем, но пока доподлинно не известно, что именно происходит в голове в этот момент. Однако совершенно очевидно, что сон не только важен для хорошей работы мозга в целом, но и обеспечивает лучшее запоминание и усвоение материала. Правило «никто не отберет у меня восьми часов сна» может показаться эгоистичным и кощунственным, в современной-то жизни с ее бешеным ритмом, — но вы же всегда хотели сопротивляться системе? Вот вам и повод.

Плохое кровообращение

Интеллектуальные занятия часто предполагают малоподвижный образ жизни — а ведь парадоксальным образом именно он дурно сказывается на умственных способностях!

Мозг — это часть организма, у него нет отдельной системы кровообращения, и если вы не двигаетесь, то и кровь с глюкозой и кислородом к нему поступает плохо. Поэтому в перерыве лучше уделить внимание своему телу и сделать небольшую разминку. Более того, регулярная физическая активность способствует росту гиппокампа, ответственного за обучение и память. Среди нейробиологов есть адепты спортивного образа жизни вроде Венди Сузуки — учитесь у нее.

Стресс

Стресс, особенно длительный и неконтролируемый, отрицательно влияетна наши когнитивные способности, поэтому продуктивно учиться, постоянно пребывая в таком состоянии, очень трудно. Гормон стресса кортизол в хроническом варианте вызывает истончение нейронной ткани гиппокампа — то есть просто ухудшает память.

Плохое питание

Мозг потребляет до 20 % сжигаемых за день калорий, причем интеллектуальные нагрузки интенсивно снижают уровень глюкозы в крови — а когда ее становится слишком мало, мы начинаем делать ошибки. Вообще все поступающие в кровь вещества стоит проинспектировать, если вы испытываете сложности с концентрацией и уж тем более — если наблюдаете у себя признаки СДВГ. Первый претендент на исключение из рациона (или, во всяком случае, на ограничение его количества) — сахар, избыток которого расшатывает дофаминовую систему и не дает префронтальной коре заниматься делом. То же касается и стимуляторов вроде кофе и сигарет: они могут мешать вам учиться, повышая тревожность.

Диагностика проблем обучения

Дислексия - или.....? Как распознать характерные ошибки, присущие дислектику?

Проблемы в обучении? Получите рекомендации для педагогов школы!

Нейрокоррекция речевых и образовательных проблем. ч.2

ДИСЛЕКСИЯ. ДИСГРАФИЯ. МЕТОД ДЕЙВИСА В КИЕВЕ.

ДИСЛЕКСИЯ теперь не пугает своей безысходностью!

В Киеве можно пройти коррекционный курс от израильских специалистов, лицензированных по методу Дейвиса!

Коррекционный интенсивный курс длится 5 рабочих дней.

Проводится индивидуально по показаниям, которые фиксируются в диагностическом протоколе.

Диагностика проблем обучения


Ниже публикуем статью ЛОРЫ ЗАКОН,  методиста Международной Ассоциации Дейвиса, руководителя Центра коррекции дислексии, (Москва )


Дислексия – это дар

 До сих пор существуют проблемы диагностики и коррекции дислексии. При определении у ребенка наличия этого нарушения в лучшем случае речь идет о 10, максимум 15 симптомах.  Неоднократно такой диагноз ставился детям, которые на самом деле имели синдром Аспергера) аутический спектрум), неврозы,  умственную отсталость и др.

Диагностическое собеседование в рамках метода Дейвиса, о котором говорится в этой статье, помимо 38 основных, выявляе
т еще пару десятков второстепенных симптомов, что полностью исключает возможность ошибки.

На собственном опыте

Я родилась и выросла в России, а в начале 90-х годов переехала в Израиль, где появился на свет мой сын. В дошкольный период малыш посещал детский сад, одинаково хорошо говорил на русском и иврите, выглядел смышленым.

Но когда он в 6 лет, как и другие дети, пошел в школу, то оказалось, что усвоение азов чтения, грамматики и математики становится для мальчика серьезным испытанием.

Уже в конце первой четверти я поняла, что голова моего ребенка устроена намного сложнее, чем я думала прежде, и у него дислексия.

Я стала искать пути выхода из сложившейся ситуации, пока наконец не нашла эффективный способ, который вывел моего сына на верный путь.

После того как я сумела помочь собственному ребенку, я решила, что работа по коррекции дислексии методом  Рональда Д. Дейвиса станет делом моей жизни.

Сейчас я пытаюсь обобщить и систематизировать все, что мне довелось узнать, понять, переосмыслить за годы своей учебы и к настоящему времени уже довольно солидной практики.

Теперь, когда у меня есть профессиональное понимание того, что происходило когда-то с сыном, я готова поделиться с родителями и специалистами своими мыслями и знаниями.


2cdf330155e3004cff2ed53debed71c2


Не вопреки, а благодаря

Итак, о чем думают люди, когда впервые слышат слово дислексия?

Одни – о проблемах с чтением, письмом и правописанием. Другие – о переворачивании и зеркальном изображении букв и слов, третьи – только об отстающих школьниках. Но почти все полагают, что это некая форма неспособности к обучению. На самом же деле, неспособность к обучению – это всего лишь одна из граней дислексии.

Сегодня я хочу поговорить об особом подходе к данной проблеме и о положительной стороне дислексии.

Нередко учителя и родители находятся в абсолютном недоумении оттого, что ребенок с дислексией может быть любознательным, иметь хорошо развитую устную речь, богатую фантазию, творческие способности или прекрасно разбираться в технике.

У одной части таких ребят проявляются склонности к математике, у другой – к гуманитарным предметам, например, географии или истории. Крайне редко, но встречаются дислектики, с талантом освоения  иностранных  языков (правда, они выучивают языки на слух, а потому одинаково безграмотны в любом из них).

По некоторым параметрам такие дети даже опережают своих одноклассников. Иногда это превосходство, а также заниженная самооценка не позволяют дислектику правильно строить отношения со сверстниками.

Важная задача педагогов и родителей – научиться понимать этих ребят и дать им возможность проявить в себя в любых умениях, чтобы уверенность в себе не была окончательно разрушена.

Между прочим, известны десятки примеров дислектиков, которые добились в жизни больших успехов. Среди них – Леонардо да Винчи, Ханс Кристиан Андерсен, Владимир Маяковский, Томас Эдисон и Генри Форд. Причем их гениальность состоялась не вопреки, а благодаря дислексии!


Что же такое дислексия?

iВ вольном переводе с древнегреческого языка, слово дислексия означает «плохая речь». Попросту говоря, это нарушение способности читать.

Одним из типичных симптомов дислексии является дисграфия нарушение, выражающееся в затрудненном обучении письму.


Дисграфия выражается в нарушении фонетического принципа написания слов или их частей (соответствие написания произношению), неровном, прыгающем почерке, не имеющем наклона, неодинаковом размере букв, отсутствии нужных букв либо дописывании лишних палочек, искажении графического написания слов, их грамматической формы, отсутствии знаков препинания и пр.

Обычно дисграфия и дислексия бывают вместе, но иногда они могут наблюдаться и отдельно друг от друга. Так, у ребенка или взрослого может быть ярко-выраженная дислексия и при этом хороший, или  даже красивый почерк.

В российской педагогике дислексия всегда рассматривалась как неполное нарушение способности к чтению, которое вызвано психическими отклонениями и проявляется в виде повторяющихся устойчивых ошибок. Кроме того, всегда считалось, что дислексией обычно страдают дети с задержкой умственного и психического развития, с серьезными дефектами речи и слуха.

Однако в странах Запада, по мере изучения  данного аспекта, складывалось  другое отношение к этой проблеме.

В конце 20-х годов прошлого века американский ученый доктор Сэмюель Тори Ортон пришел к выводу, что при наличии у человека дислексии правое и левое полушария головного мозга как бы меняются ролями – т.е. каждое из них делает работу другого. Позднее он изменил свою гипотезу и определил дислексию как «смешаную доминантность полушарий» (если обычно одно полушарие мозга бывает главным в контроле над движением тела и речью, то у дислектиков одни области мозга активнее в левом, а другие в правом полушарии).

Время шло, и теории  о природе и проявлениях дислексии сменяли одна другую.


Теория Рональда Д. Дейвиса

iВ 1980-е годы американский инженер, бизнесмен, архитектор и скульптор Рональд Д. Дейвис, сам с детства страдавший от тяжелой формы дислексии, более широко объяснил данную проблему и разработал систему ее устранения в процессе обучения.

Дейвис дал этому явлению следующее объяснение. Обычный человек, преимущественно мыслит «словами», но есть люди, которые по большей части думают «образами», воспринимая информацию визуально. Из-за чего возникают проблемы в период освоения чтения и письма.

181-1246268902-8476f39fe62d636b1da114bfd29ff054

Как только дети, «думающие картинками», видят вербальный (словесный) символ, их мозг дезориентируется. Иными словами, человек, страдающий дислексией и дисграфией, при виде слова, образ которого в его сознании пока отсутствует (например, при виде предлога, местоимения, прилагательного, модального слова) впадает в такое состояние, когда текст перестает быть понятным. В этот момент восприятие символов сильно искажается и чтение или письмо становится трудно выполнимой задачей.

Многолетние наблюдения, и  обработка  информации специалистов  и  людей с дислексией говорит о том, что они  видят не одно, а сразу несколько изображений слова. Они могут видеть слово не только в обычном ракурсе, но и в зеркальном отображении, перевернутым под каким-то углом, или  даже в 3D, т.е., как бы плавающим в пространстве, – количество вариаций беспредельно. Именно поэтому таким детям противопоказано обучение чтению по-слоговой технике даже в случае большого количества повторений и дополнительных занятий. При использовании подобной методики такой ребенок сильно концентрируется, напрягается и устает от самого процесса, так как никакой набор слогов не дает ему представления о слове, которое должно получиться из сочетания букв. Поэтому он пытается угадывать слова по первым буквам, что приводит к ощущению полной неуверенности в чтении, а потом и вовсе к отказу от него.

Научить человека с дислексией и дисграфией соблюдать орфографические правила тоже весьма трудно. Просто зазубрить эти правила нельзя, поскольку практически в любом языке они содержат большое количество исключений. Дислектик или дисграфик может отлично знать какое-либо правило, но при этом просто не заметить, что оно нарушено в конкретном случае.

Для такого человека любой письменный экзамен или диктант становится сущей пыткой, которая приводит к эмоциональным травмам и многочисленным нервным срывам и комплексам. Вот почему отлынивание ребенка от письменной работы зачастую вызвано вовсе не ленью, а элементарным желанием избежать негативных переживаний.

i

Результатом исследований  Рона Д. Дейвиса  стал вывод о том, что дислексия проистекает из процесса познания, включающего в себя восприятие, память, оценку, концептуализацию (это образ, идея или концепция, созданные в уме), интуицию и осознание. Он охарактеризовал дислексию как продукт мышления и реакции на «ощущение спутанности сознания».

Дейвис также заметил, что важно в максимально раннем возрасте обнаружить наличие дислексии, оказать ребенку поддержку и успеть исправить проблему на самых ранних стадиях обучения.

Краеугольным же камнем методики Дейвиса стало определение дислексии как врожденной особенности восприятия, а не умственного нарушения или последствия травмы.

 Так как если мозг или нервная система действительно поражены, то функции этой структуры тоже должны быть постоянно повреждены. Однако любой специалист, когда-либо наблюдавший симптомы дислексии, подтвердит, что они непостоянны. Это можно проследить в рамках учебного процесса. Школьные успехи дислектиков носят неровный, скачкообразный характер.


Дислексия и сопутствующие нарушения

 С точки зрения Рональда Д. Дейвиса, помимо дисграфии, дислексия может содействовать появлению и многих других нарушений. Сюда относятся дискалькулия (неспособность к освоению математики), СДВГ и СДВ (синдром дефицита внимания с гиперактивностью и без нее).

Для многих специалистов новым в теории Дейвиса стал взгляд на синдром дефицита внимания, который, по его мнению, также поддается коррекции.

Многолетние наблюдения последователей метода Р.Д. Дейвиса подтвердили, что человек с дискалькулией может осваивать математику, предварительно изучив такие основные понятия, как время, последовательность, порядок, причина, следствие.

Не мешает также знать, что математика и музыка изучаются по одинаковой схеме: время, последовательность, порядок. Ни у кого не вызывает удивления, что многие математики являются великолепными музыкантами. Однако не всем известно, что даже при наличии хорошего, а иногда абсолютного слуха ребенок с дислексией с трудом осваивает нотную грамоту, существует даже такой термин, как музыкальная дислексия.

Постоянный спутник детей с дислексией – дезориентация. Именно по этой причине у большинства таких ребят плохо развито ощущение времени и они испытывают серьезные затруднения в его определении по часам, как со стрелками, так и по электронным.

Каждый из нас сталкивался с ситуацией, когда при ожидании время тянется невыносимо медленно, а наоборот, в состоянии возбуждения оно, наоборот, летит. Временное восприятие дислектика подвергается куда более значительным искажениям, если какой-то символ вводит такого человека в состояние дезориентации. С нарушенными ощущениями времени непосредственно связаны и причины дискалькуляции.


Методы коррекции

Метод Рональда Д.Дейвиса – это коррекция дисграфии, дислексии, дискалькулии и СДВ посредством прохождения процесса, который дает учащимся приобрести ментальные инструменты и в дальнейшем возможность самостоятельно определять состояние дезориентации.

disleksiya


Контроль за ориентацией

Поскольку у детей-дислектиков преобладает визуальное мышление, то они воспринимают окружающий мир в трехмерных картинках, которые быстро сменяются, и поэтому умение концентрировать свое внимание у них сводится к минимуму.

Когда эти ребята приходят в школу, плоскостное изображение букв и цифр их дезориентирует, они теряют контроль в обучении и начинают отставать от ровесников.

Р.Д. Дейвис разработал для дислектиков рекомендации по контролю за ориентацией, которые учат таких детей сознательному устранению или выключению дезориентации.

Данная методика позволяет человеку войти в состояние ориентации и вместо искаженного, многократного восприятия получать точное ощущение действительности, в том числе видеть слова текста.

 


Овладение символами

Чтобы лучше понять природу дислексии, мы должны взглянуть на знание языка как на зеркало мыслительного процесса.

Любой язык состоит из символов, а символы состоят из трех частей:

1) как символ звучит;

2) что символ означает;

3) как символ выглядит?

Орфография – это лишь компонент, определяющий видимую часть слова. Овладевая той частью метода Дейвиса, которая называется освоение символов, дети изучают все три компонента символов. В итоге они могут уверенно распознать слова по написанию (в тексте), по звучанию (воспринимать их на слух) и как следствие – понять их смысл.

После того как ребята освоят символы, сознательный контроль за дезориентацией им уже не понадобится.

Дар дислексии

Р.Д. Дейвис сказал, что дислексия – это дар. И, хотя многие относятся к подобным заявлениям весьма скептически, я абсолютно не сомневаюсь, что это именно так. Примером тому служат таланты и достижения людей с дислексией, недаром среди них встречается  немало гениев (сегодня я уже об этом говорила).

Ребенок с дислексией имеет некую уникальную особенность. Он не знает, как ее использовать, но он не может ее выбросить или потерять.


Проходя 5-дневный курс коррекции дислексии (30 часов, 6 часов в день интенсивных индивидуальных занятий), такой ребенок учится, как с этим даром жить и как его правильно применять.


Сегодня мой сын, с проблем которого 15 лет назад началось мое изучение дислексии, студент медицинского университета в Европе. Он только в самом начале своего профессионального пути, но у меня нет сомнений, что он будет хорошим врачом.

Метод Рональда Д. Дейвиса работает в Европе и США уже более 30 лет. В 1982 году Рональд Д. Дейвис основал Центр по исследованию проблем чтения при Центре коррекции дислексии в Бурлингейме, штат Калифорния. В 1995 г. он организовал Международную Ассоциацию коррекции дислексии, которая с тех пор проводит регулярные семинары по обучению для медиков и работников системы образования по всему миру.

Если вы еще не читали книгу Рональда Д. Дейвиса «Дар дислексии», тогда самое время сделать это сейчас. Этот бестселлер переведен на 35 языков мира, в том числе на русский.

15 ВЕЩЕЙ ИЛИ ШПАРГАЛКА ДЛЯ УЧИТЕЛЯ, КОТОРЫЙ СТАЛКИВАЕТСЯ С ДИСЛЕКСИЕЙ , СДВ И СДВГ

Вот и прошелестело еще одно лето... Последняя неделя августа всегда наполнена противоречивыми чувствами - нам грустно, что беззаботные деньки остались позади, и радостно, что скоро наши дети  увидятся со своими школьными приятелями, и наша жизнь потечет размеренно и предсказуемо. 

Чтобы не омрачать эту радость школьного детства, публикуем шпаргалку для учителей и родителей, которая будет полезна не только родителям "обладателей" СДВГ, но и простым обычным педагогам. 

Школа должна нести радость. Мы в этом абсолютно уверены. 

14064219_1655881061395281_6576099880161264461_n

 

15 ВЕЩЕЙ ИЛИ ШПАРГАЛКА ДЛЯ УЧИТЕЛЯ, КОТОРЫЙ СТАЛКИВАЕТСЯ С ДИСЛЕКСИЕЙ , СДВ И СДВГ

1. Он не тупой и не ленивый. Да, такой ребенок действительно многое забывает, он ничего не делает вам назло, он не специально такой подвижный ,наглый или высокомерный.
2. Утверждение, что если что-то достаточно важно для него, то он это обязательно запоминает – это миф.
3. Он действительно делает домашнее задание гораздо дольше других.
4. Он действительно может потерять или забыть учебные материалы, оставить их дома или где-то еще, так что в результате не может найти, что нужно для выполнения домашнего задания. Ему действительно трудно проследить и вспомнить, где именно он потерял что-то. Тетрадку с домашним заданием может положить даже в холодильник, если делал уроки на кухне.
5. Если он снова и снова задает один и тот же вопрос - это не из-за глупости. Скорее всего так он старается понять, вникнуть и запомнить то, что вы сказали, пожалуйста, будьте терпеливы и помогите такому ребенку.
6. Он очень хочет хорошо учиться и быть успешным. Он борется с учебой много лет, и очень расстраивается, когда нет результата, это приводит его отчаянию.
7. ДИСЛЕКСИЯ и СДВ – это не вывеска для прикрытия не успешности. ДИСЛЕКСИЯ и СДВ - существуют, это врожденные неврологические особенности, они на самом деле влияют на процесс мышления и обучения. Такой ребенок хочет быть «нормальным» и уметь быстро запоминать, и обрабатывать информацию, но это ему не под силу. Ему совсем не нравится, что он «не такой, как все» и ему очень больно, когда над ним из-за этого смеются.
8. Для того, чтобы добиться успеха, ему нужна ваша помощь. Ему не всегда легко попросить о помощи. А когда он просит его не покидает чувство стыда и ощущение, что он глупее других. Пожалуйста, относитесь терпеливо к его стараниям и почаще предлагайте свою помощь.
9. Пожалуйста, обсуждая его поведение или действия всегда говорите с ним только наедине.
10. Пожалуйста, не унижайте его и не призывайте обратить внимание на его недостатки перед всем классом.
11. Помните он может показывать лучшие результаты, если вы обсудите с ним подробно , чего вы от него ждете.
12. Если обстоятельства складываются так, что вы должны изменить задание под влиянием внешних факторов, пожалуйста, помогите ребенку с СДВ приспособиться к этим изменениям. Так как сам он, чтобы перестроиться, может потратить на это гораздо больше времени. Планирование и четкое руководство – это его лучшие союзники.
13. Ему не нравится, когда вы прилюдно говорите, что в связи с его особенностями, он получит особое задание. Пожалуйста, помогите ему достичь успеха, обращая как можно меньше внимания на то, что у него СДВ.
14. Изучайте явление СДВ / СДВГ! Читайте больше информации о способах, которыми вы можете воспользоваться, чтобы дети с СДВ могли учиться, и чтобы это не было для них так травматично.
15. ПОМНИТЕ, любой ребенок прежде всего – личность, и у него есть чувства, потребности и цели. И они для него так же важны, как и ваши для вас.

ИСТОЧНИК

Детский психиатр. Диагностика и лечение СДВГ в Украине.

Согласно европейской и американской статистике, до 7% детей страдают расстройствами с дефицитом внимания и гиперактивностью. Исследования в ряде украинских школ показывают такой же уровень распространенности этой проблемы. Однако, несмотря на то, что стандарты лечения таких расстройств в Украине и мире идентичны, украинские дети имеют крайне мало шансов на адекватную диагностику и терапию. В нашей стране существует огромная нехватка компетентных специалистов, а лекарства, которые во всем мире принято в первую очередь использовать для решения таких проблем, в Украину не завозят. Психиатрическая помощь детям в Украине удивительно малодоступна - не только детям с РДВГ. Очень плохо организована помощь подросткам с анорексией, депрессиями, детям с аутизмом – в детской психиатрии все проблема.Игорь Марценковский

Родителей детей с дефицитом внимания и гиперактивностью можно узнать по виноватому виду

В русскоязычных статьях на эту тему часто используется термин СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности). При этом подразумевается ГКР (гиперкинетическое расстройство), именно такая дефиниция используется в Международной классификации болезней 10-го (последнего) пересмотра. В Украине вместо российского термина СДВГ чаще используют термин РДВГ (расстройство с дефицитом внимания и гиперактивностью), как это принято в использующейся в большинстве стран мира диагностической системе ДСМ, говорит Главный детский психиатр Минздрава, руководитель отдела психических расстройств детей и подростков, Игорь Марценковский. В интервью со специалистом - о расстройстве с дефицитом внимания и гиперактивностью, особенностях его лечения в Украине и шансах детей с гиперактивностью на нормальную жизнь.

В каких случаях диагностируется расстройство с дефицитом внимания и гиперактивностью?

Есть три ключевых симптома:

1) невнимательность или неспособность длительное время концентрировать внимание на тех или иных видах деятельности;

2) гиперактивность (имеется в виду прежде всего чрезмерная двигательная подвижность);

3) импульсивность.

Если ориентироваться на диагностические критерии МКБ, то для постановки диагноза должны присутствовать все три симптома, причем они должны наблюдаться в разных ситуациях, например - в школе, дома, в общественных местах. Согласно DSM, возможны варианты расстройства с явной выраженностью либо невнимательности, либо гиперактивности и импульсивности.

И еще один очень важный момент: РДВГ диагностируется в том случае, если все эти нарушения достаточно выражены, чтобы создавать проблемы для нормальной адаптации ребенка, препятствовать ей.

Иногда приходится слышать, что гиперактивные и импульсивные дети - это такие милые ребята типа Пяточкина, что они радуют нашу жизнь и наш глаз, и правильно образованные педагоги запросто с этим справляются, а варвары-психиатры вылавливают этих детей и назначают им различные лекарства. Но это нелепость: если ребенок радует родителей и учителей, если они с ним справляются, то психиатры радостно констатируют, что психического расстройства нет.

Фото: Jim_Filim/Depositphoto

То есть один и тот же симптом может говорить о расстройстве, а может быть проявлением индивидуальности ребенка?

Да. Например, у человека есть страх, связанный с самолетами. Если этот страх наблюдается у фермера, который живет в селе и видит самолеты только по телевизору, то это не расстройство. Но если этот страх наблюдается, например, у баскетболиста, игрока сборной, который не может вместе с командой совершать перелеты из города в город, то это расстройство. Есть важный для диагностики расстройства психики момент - нарушение функционирования и адаптации.

На мой взгляд, даже большей проблемой для нормальной адаптации детей, чем гиперактивность, являются импульсивность и невнимательность. Невнимательность - проявление, которое очень значимо влияет на успешность ребенка в учебе. И чем более сложными являются задания, чем больше вопросов человеку необходимо решать, тем более важной является эта психическая функция.

Могу привести пример одного моего клиента. Это сотрудник банковской системы, иностранец, хороший специалист, который приехал в Украину работать в один из банков. Он страдает РДВГ, и с детского возраста получает психостимуляторы, в том числе хорошо известный любому западному врачу метилфенидат (риталин). В Киеве из-за отсутствия метилфенидата он столкнулся с большими сложностями в своей работе. Он их описывал следующим образом: “Ту работу, которую я дома обычно делаю за час, тут я не могу сделать неделю. Я сажусь работать, но вместо ворда вдруг оказываюсь в фейсбуке. Пошарившись в фейсбуке, я понимаю, что теряю время, что надо работать, но вместо этого иду пить чай. От чая я плавно перехожу к другим продуктам, а потом - к компьютеру, по дороге забывая, что я собирался сделать, и с удовольствием занимаюсь, например, электронной почтой. В итоге я смотрю на часы, вижу позднее время, и твердо решаю сделать все завтра”.

Это - пример проблемы с концентрацией внимания и невнимательностью. Такие проблемы часто возникают в школе у детей, причем если в младших классах мы чаще имеем дело с гиперактивностью, то в старших классах более острой проблемой является невнимательность. Как украинцы решают эту проблему? Пьют кофе литрами. Иногда это немного помогает.

Человек с гиперактивностью и расстройством внимания может более-менее успешно функционировать и без стимулянтов?

Можно иметь дефицит внимания, но, в общем-то, не страдать расстройством. Некоторые люди без медикаментов преодолевают проблему, связанную с дефицитом внимания. Один из моих хороших друзей, который вполне успешен, занимает хорошую должность, анализируя свое детство, как-то сказал: “Я, безусловно, страдал РДВГ, и, наверное, все еще им страдаю. Иногда мне приходится прилагать слишком много усилий для того, чтобы быть эффективным“. Также есть пример известной спортсменки, которая считает, что не получила бы олимпийскую медаль, если бы в детстве имела возможность принимать стимулянты, поскольку ее занятия спортом были героической борьбой родителей с ее проблемами.

Конечно, ситуации бывают разные. Но меня очень раздражают разговоры об европейском выборе Украины в контексте сложившейся ситуации с терапией расстройств психики и поведения в нашей стране. Ведь у нас есть действующий клинический протокол оказания помощи с РДВГ, и он вполне соответствует европейским стандартам. Там написано и о том, как это лечить, и про психостимуляторы. Однако “воз и ныне там”. Задекларированная терапия не доступна для украинских врачей.

Для иллюстрации проблемы импульсивности расскажу такую историю. Группа подростков идет по улице, видят - стоит дорогущий мотоцикл, и ключи торчат в замке зажигания. На мотоцикл все обратили внимание: кто-то потрогал, кто-то даже за ключи подержался, а один сел и поехал. Но когда он до угла доехал и увидел выбежавшего хозяина, до него дошло, что происходит что-то не то. В конечном итоге он отогнал этот мотоцикл к райотделу милиции, где и был задержан с поличным. Ну а дальше - неприятности, расследование, судебный процесс. История непростая и показательная.

Когда наш сотрудник обследовал детей в нескольких исправительных колониях, он с удивлением обнаружил, что среди них очень много детей с различными психическими расстройствами, и РДВГ встречается очень часто. Преступники эти дети или больны? Почему общество отказывает им в праве на психиатрическую помощь?

По состоянию на сегодняшний день медицинской науке удалось обнаружить какие-либо проявления дефицита внимания на органическом уровне?

До того, как стали диагностировать именно РДВГ, была целая последовательность разных диагнозов. Например, “дети с эмоционально-волевой незрелостью” (эту категорию очень долго использовали в судебной психиатрии). Потом была эпоха “минимальной мозговой дисфункции”. Тогда описывали всякие микроструктурные изменения, в том числе - в лобных отделах мозга. Было огромное количество различных микроструктурных нарушений, но потом оказалось, что такие же есть и у людей, которые не страдают РДВГ, и, в общем-то, группа детей с РДВГ и контрольная группа здоровых детей мало чем друг от друга отличаются. То есть нейроанатомические исследования не являются тем критерием и индикатором, который позволяет диагностировать РДВГ.

Однако есть другие, более значимые для понимания сущности расстройства биологические факторы. В первую очередь, это некоторые генетические мутации. В какой-то степени тут имеется очень высокий уровень наследования. Нельзя сказать, что наследственность играет 100% значение, но в действительности очень часто у детей с РДВГ мы видим семейные случаи проблем с дефицитом внимания и гиперактивностью. Специальные исследования, в том числе - в области молекулярной биологии, позволили описать целый ряд генетических мутаций, которые могут быть причиной РДВГ, и оказалось, что эти мутации имеют отношение к нарушению регуляции трансмиссии дофамина и норадреналина.

Фото: Depositphotos

Вы говорите, что в Украине есть нормальный действующий протокол по лечению РДВГ, почему же тогда не ввозятся нужные для лечения препараты?

Это хороший вопрос, который касается всей детской нейропсихофармакологии. Многие современные препараты в Украине недоступны по причине отсутствия регистрации. Не регистрируются и не ввозятся удобные для детей лекарственные формы, лекарственные формы с маленькими дозами, формы выпуска, обеспечивающие медленную титрацию дозы. Дети с аутизмом, например, не всегда в состоянии проглотить капсулу или таблетку. Один из важных для педиатрической практики атипичных антипсихотиков продается в Украине в минимальной дозировке 10 мг. В то время, как для детей нужна доза 1-2 мг. Вот расскажите мне, как от 10 мг отковырять 2мг?

Сейчас Министерство здравоохранения делает очень хорошую вещь: разрабатывает унифицированные клинические протоколы. Суть разработки этих протоколов заключается в том, что берутся западные протоколы и адаптируются к украинской практике. Мне трудно комментировать, как обстоят дела в кардиологии и гастроэнтерологии, но в детской психиатрии это выглядит очень не просто. Ну какой может быть клинический протокол медицинской помощи при гиперкинетическом расстройстве, если в стране зарегистрирован только один психостимулятор? При этом выдвигается требование, чтобы отечественный клинический протокол соответствовал международному. Это нонсенс.

К слову, единственный зарегистрированный в Украине психостимулятор для лечения РДВГ не ввозится в страну, оставаясь недоступным для клинической практики. Чиновники объясняют это особым порядком контроля за ввозом наркотических и сильнодействующих препаратов.

В действительности метилфенидат - это препарат, который очень широко используется во всем мире, и в мусульманских, и в христианских странах, и в развитых, и в слаборазвитых, не вызывает эйфории и наркотической зависимости. При этом, например, метадон в Украине применяется в заместительной терапии при наркомании, а это гораздо более интересный продукт с точки зрения возможности его незаконного использования.

Фото: formatzdorovia.com

Почему стимулянты для лечения РДВГ отсутствуют в аптечной сети Украины? Позволю себе высказать предположение. В Украине, как и в России, используется много препаратов, аналогов которым нет нигде в мире. Просто огромнейший список. В том числе – различные лекарства, которые являются вытяжками из мозгов различного рода животных, нейрометаболиты, ноотропные средства. Это - огромный рынок, просто колоссальный. И, по большому счету, такие продукты, как метилфенидат, являются копеечными по сравнению с некоторыми из этих лекарств. Слишком просто, слишком дешево, достаточно эффективно, это совершенно неинтересно. Думаю, что приблизительно в этом и может заключаться главная проблема отсутствия современных лекарственных средств, необходимых детской неврологии и детской психиатрии.

Недавно я обсуждал этот вопрос с профессором, детским неврологом из Израиля, руководителем большой клиники. Она имеет огромный опыт работы с различными вариантами РДВГ. Познакомившись с с украинской практикой, профессор была в состоянии тихого транса и ужаса.

И чем же лечат в Украине дефицит внимания и гиперактивность?

Выбор препарата, которым пытаются лечить, зависит от того, какой поставили диагноз. Очень часто выставляются различного рода органические дефициты, органические поражения, дисфункции и так далее, назначаются разные препараты нейрометаболического действия, противоэпилептические препараты. Когда с поведением невозможно справиться - назначают нейролептики (препараты, которые “успокаивают” пациента за счет снижения его реакций - Ред.), и хорошо еще, если это рисперидон или арипипразол, нередко назначают и нейролептики старой генерации. Например, я знаю, что в системе интернатов очень часто до сих пор дети получают аминазин.

Если же главный симптом - отсутствие концентрации внимания, то нередко назначают пирацетам, когитум и прочие препараты с “фантастическими” механизмами действия.

Фото: www.forkoffgluten.com

При этом, я думаю, в Украине наберется как минимум сотня детей, которые получают терапию психостимуляторами и получают ее регулярно. Эти дети получают препарат ввезенный из-за рубежа и назначенный детям нашими западными коллегами. Неизвестно, сколько еще потребуется времени для того, чтобы решить эту проблему и сделать терапию доступной для всех.

Терапия психостимуляторами является эффективной более чем в 80% случаев. Детские психиатры иронизируют, что если психостимуляторы при РДВГ неэффективны, то это, по-видимому не РДВГ. При этом стимулянты но не устраняет причину заболевания. Однако с возрастом, по мере развития ребенка, мозг дозревает и у многих пациентов симптоматика из спектра РДВГ компенсируется.

Так может в некоторых случаях можно обойтись без терапии, достаточно просто подождать, пока ребенок “перерастет”?

Ждать не стоит. Пока мозг будет созревать, а поведенческие проблемы компенсироваться, ребенок и его семья нарабатывают опыт дезадаптивного существования. На ребенка повесят клеймо “плохой”, его будут “шпулять” из школы в школу, родители проникнутся чувством вины за “неправильное воспитание”. Надо видеть ребенка 7-8 лет, который успел поменять уже 3 школы, и который при осмотре психолога на вопрос: “Вот если бы у тебя был цветик-семицветик, какое бы ты желание загадал?” со слезами на глазах отвечает: “Хочу быть послушным”. Но при этом у него нет ни малейших шансов быть послушным, хорошим и нравиться маме.

Кстати, родителей детей с РДВГ я зачастую “узнаю” по тому, как его мама входит в кабинет доктора. Она заходит в кабинет, виновато кланяясь, и напряженно ожидает, поверят ей или не поверят. Она привыкла всем объяснять, что нет, они ребенка так не воспитывают, и нет, папа так не делает дома.

Терапия РДВГ нужна для того, чтобы ребенок мог быть успешным, чтобы он мог нормально учиться и чтобы он мог нарабатывать опыт успешного поведения.

Что бы вы посоветовали учителям, как работать с учениками с РДВГ?

Учителей нужно учить: как работать, как обеспечить условия, как интегрировать данного конкретного ребенка. Зачастую многие проблемы удается решить, нужно только знать множество очень простых правил.

Фото: childrenscampus.com

Например, большинство педагогов на Западе знает, что ребенок с РДВГ не может не вставать во время урока. Он будет вставать. При этом на нем не нужно фокусировать внимание, кричать и пытаться усадить. Главное - чтобы он не мешал работать другим ученикам. И если он, например, хочет выйти, нужно, чтобы на него никак не реагировали другие ученики. Иногда используется методика “шапки-невидимки”. Идея в том, что наказывают не гиперактивного ребенка, а тех, кто на него отреагировал.

Также нельзя садить ребенка с РДВГ на последнюю парту, он должен быть рядом. Нельзя давать ему большие задания сразу, нужно делать это через очень короткие промежутки времени. Иногда детям с РДВГ может очень мешать любой шум, они не могут сосредоточиться и выполнять задание. У них очень часто есть особые потребности, связанные с обучением.

Украинские педагоги раздражаются, когда слышат от родителей рекомендации “если он начинает вертеться, то дайте ему яблоко, пускай сидит и жует”. А ведь это очень грамотная рекомендация. На западе, особенно в США, это рутинная практика. Речь не идет о неуважении к лектору, это техника, направленная на улучшение концентрации внимания.

К специалисту какого профиля нужно обратиться для диагностики расстройства внимания?

Главным образом – к психиатру, если речь идет о диагностике расстройства у ребенка – к детскому психиатру. Хотя, честно говоря, детских психиатров сейчас в Украине очень немного. Если еще два года назад их было около 500 человек, сейчас – менее 300, это вместе со всеми совместителями, пенсионерами и т.д. Без привлечения к процессу диагностики расстройств психики и поведения у детей семейных врачей, педиатров, как это делается в странах Европы и США, не обойтись.

Психиатрическая помощь детям в Украине удивительно малодоступна - не только детям с РДВГ. Очень плохо организована помощь подросткам с анорексией, депрессиями, детям с аутизмом – в детской психиатрии все проблема.

Детским неврологам современное законодательство то ли разрешает, то ли не разрешает заниматься РДВГ. К тому же, детские неврологи не всегда имеют достаточный для оказания помощи уровень компетенции, случается, что путают гиперкинетическое расстройство и гиперкинезы, считают РДВГ следствием мифического поражения мозга или мозговой дисфункции и назначают детям нейрометаболические и ноотропные препараты, нигде в мире, кроме стран, образовавшихся после распада СССР, не применяющиеся.

Должны ли детские неврологи лечить РДВГ? Должны. После соответствующего повышения уровня профессиональной компетентности сфере детской психиатрии. Очень важно, чтобы умели диагностировать и лечить в соответствии с принципами доказательной медицины и клиническими протоколами Министерства здравоохранения. Я считаю, что РДВГ должен лечить тот, кто умеет. Главное - чтобы лечили на основании одних и тех же принципов, по одним и тем же клиническим протоколам.

ИСТОЧНИК